НОВОСТЬ: ВЫШЕЛ НОВЫЙ ВЫПУСК ЖУРНАЛА KIMONO №18, ТЕМА НОМЕРА: ИННОВАЦИИ

#КОЛОНКИ

Вера 

В КАБУКИ

Так случилось, что, прожив в Токио уже пару лет, я ни разу не была в театре Кабуки. Поэтому, когда наши гости, актеры Шанхайского драматического театра, попросили нас с мужем сопровождать их на спектакль, я была в восторге! Наконец-то увижу легендарный японский театр своими глазами!

Иллюстрации: Tsuda Takashiro

За полчаса до спектакля мы встретились с двумя милыми китаянками Адой и Мэгги — они сразу предложили называть себя на европейский манер, чтобы мы не ломали язык об их настоящие китайские имена. Обе девушки были одеты в ярко-красные длинные платья с вышивкой. Вначале я решила, что для дневного представления — а спектакли в Кабуки часто играют днем — это перебор. Однако, когда мы оказались в холле театра Kabuki-za, я изменила мнение: кругом было много пожилых японок в шикарных кимоно со спутниками в строгих костюмах. В своей легкой летней «юката» я выглядела белой вороной. Хотя мне еще повезло — изначально я планировала надеть джинсы...

 

Когда мы оказались в партере, я не поверила своим глазам. В одном из лучших театров Японии мне предлагали сесть на обычную деревянную скамейку! И сидеть на ней весь спектакль! И это в партере!!! Фото. Отправить. Хештег #пожелайтеудачи.

 

 

В ожидании представления Ада и Мэгги с энтузиазмом обсуждали пьесу с Таки. Я была поражена: оказывается, муж сносно говорит на *путунхуа! Пьеса, которую нам предстояло увидеть, называлась «Наруками». В основе — легенда о том, как монах Наруками с помощью магии заточил бога дождя в водоем и в стране началась засуха. Чтобы вернуть людям воду и спасти урожай, к монаху подослали красавицу Кумо-но Таэма, которая совратила его и выпустила бога дождя на волю. Что ж, сюжет что надо!

*Путунхуа — официальный язык КНР

Свет погас, зазвучала приятная мелодия. Ну, пока вроде всё как в классическом театре… Вдруг кто-то начал подвывать в такт оркестру… А, это пение, его источник — мужчина — сидел на небольшом помосте справа от сцены.

 

Декорации на главной сцене изображали бедный дом монаха в горах у водоема. Музыка заиграла громче, и на другой сцене, что тянулась через весь партер, как помост на показе мод, появился мужчина в белом кимоно с черными как смоль волосами. Лицо актера, его шея и ладони были выбелены. Движения его были неестественными, словно в замедленной съемке.

Музыка заиграла громче, и на сцене появился мужчина в белом кимоно с черными как смоль волосами

Я старалась не ëрзать на неудобной скамейке, а честно проникнуться происходящим на сцене. Вот монах идет к водоему. Я взглянула на часы: спектакль идет уже двадцать минут! Главное, дожить до антракта. Снова смотрю на сцену: монах все еще не дошел до водоема. Ада и Мэгги наблюдали за происходящим как завороженные. Если я ничего не понимаю из того, что долго говорят друг другу герои, то они и подавно… Ну сколько там еще до антракта? Полвторого! Боже! Даже опера «Руслан и Людмила», которую я смотрела в школе, была подинамичнее.

 

Тут на сцене появилась та самая красавица, Кумо-но Таэма: ее играл невысокий мужчина плотного телосложения, с очень и очень тяжелым гримом в женском кимоно. Когда он заговорил, подражая писклявому голосу героини, у меня против воли вырвался смешок. Соседи сразу зашикали, муж грозно покосился в мою сторону.

 

Ну, наконец-то, на сцене стало происходить что-то интересное. Наруками схватил «красавицу» за грудь. Отпрянул. Начал что-то кричать. Героиня забилась в истерике, мимика героя не сулила ей ничего хорошего. Ну все! Пришел конец японской Дездемоне! Героиню трясло. Наруками то подходил к ней, то отходил, отчаянно жестикулируя. Вдруг героиня замерла, произнесла пару слов, со вздохом облегчения монах упал на пол, а зал взорвался аплодисментами. Антракт.

Вдруг героиня замерла, и монах упал на пол, а зал взорвался аплодисментами

— А за что он ее убить-то хотел? — спросила я мужа, пока мы выбирались из зала.

— Убить?! Нет, он ей жениться предлагал, — ответил Таки.

— Wonderful! — Ада и Мэгги просто сияли от восторга.

Мимо нас прошла группа американцев в джинсах и футболках и уверенно направилась к выходу.

— Ах, как невежливо! — искренне возмутилась я. — Уйти не дождавшись окончания такой знаковой пьесы — осталось ведь еще минут двадцать, да, Таки?

— Ну, во-первых, ничего невежливого. Судя по их одежде, они сидели на балконе, а туда можно купить билет не на весь спектакль, а только на один акт. А для настоящих ценителей — места в партере и еще три часа удовольствия!

 

От неожиданности я выронила бутылку с водой. Три часа!!! АААА!!!

 

Мы вернулись в зал. Тягомотина продолжалась. Я попыталась заговорить с мужем, но он предостерегающе покачал головой. Спина затекла, ноги сводило от неудобной позы. Я достала телефон, но Таки с силой ущипнул меня за ногу.

 

Чем все закончилось, я так и не узнала. Кабуки заворожил меня настолько, что я начала клевать носом. Пару раз я просыпалась, чувствуя, что сползаю со скамейки. Наконец, муж сжалился и подставил плечо.

 

Зато какой восторг я испытала, когда шоу закончилось! Во-первых, я наконец могла размять затекшие ноги. Во-вторых, я поставила большую жирную галочку напротив Кабуки в списке must see, и мне больше никогда не придется идти туда снова!

ОПУБЛИКОВАНО В ЖУРНАЛЕ KiMONO i-MAGAZINE №07 НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ 2017

Автор: Ая Ватанабэ