НОВОСТЬ: В МОСКВЕ ПРОШЛА ПРЕМИЯ ЖУРНАЛА KIMONO https://kimonoimag.ru/news

#КОЛОНКИ

ИСТОРИИ

ВЕРЫ БУЛОЧКИНОЙ

  ЛЕС УЖАСОВ

Вера Булочкина — уроженка Петербурга, несколько лет назад вышла замуж за японца Таки и переехала в  Токио. Теперь вместе с мужем работает в турагентстве и организует индивидуальные туры для обеспеченных путешественников. Культурные различия, трудности перевода, эксцентричные запросы клиентов — обо всем этом Вера и рассказывает в своей колонке.

Когда муж сказал, что к нам едет миллионер из Норвегии, который увлекается фотографией и бабочками, я обрадовалась. Работать гидом мне нравится, но сопровождать гостя по городу в самый разгар лета совсем не хотелось. А тут выпал шанс сменить токийское пекло на прохладу национального парка, сада или где там еще водятся эти бабочки! Вот только Таки забыл добавить, что наш гость Мартин интересуется только особым видом насекомых, который обитает лишь в дремучих лесах и снимать их он непременно хочет ночью...

 

Мы выехали из города ещё засветло. Дорога заняла почти два часа, последние пятнадцать минут мы тряслись по ухабам заброшенной колеи, пока не оказались в глухой чаще. Объятый энтузиазмом Мартин тут же выпрыгнул из машины и стал настраивать камеру. Раздраженная и взъерошенная, я тоже вышла из машины.

 

— Не могу поверить, что мы два часа ехали в эту глушь, чтобы бабочек поснимать! — ворчала я, глядя на спокойного мужа, который уже надел рюкзак и протягивал мне фонарь.

Вдруг Мартин завопил: «Guys, guys. Over here!»

 

Мы с Таки бросились на крик и увидели останки животного, похожего на дикого кабана. Вокруг летал рой насекомых, а сам труп был усеян серебристо-голубыми бабочками. Даже в темноте было видно, что норвежец сияет от счастья. Кажется, мерзкий запах его совершенно не смущал: он ползал вокруг кабана с камерой, стараясь найти наиболее выгодный ракурс.

 

— Это что, какие-то плотоядные бабочки… — прошептала я мужу, цепляясь за руку. — Таки, где мы?

— В Аокигахара.

— Что?!!??!! В Лесу самоубийств*?! Ты с ума сошёл, привезти нас сюда?! Здесь же трупы на каждом шагу!!!

 

Аокигахара — лес у подножья горы Фудзи, который в народе называют Лес Самоубийц. Древние японцы верили, что там обитают демоны. Они приводили туда стариков и детей, которых не в силах были прокормить, и оставляли на верную смерть. Сегодня Аокигахара – популярное место для самоубийств в Японии. Люди уходят в лес и не возвращаются. Если отойти от тропинки всего на пару метров, можно найти брошенные вещи – документы, книги, сумки.

— Мартин сказал, что ему нужна дикая природа со всем антуражем, включая вот это, — Таки кивнул в сторону кабана.

— Guys, let’s go, — крикнул Мартин и скрылся за деревьями.

 

Мы  последовали за ним. Звёзд еще не было, но наших фонарей было достаточно, чтобы без опаски ступать по мягкому мху. Мартин попросил нас держаться чуть поодаль, чтобы лишний свет не попадал в кадр. Сам он прыгал от одного сгнившего пенька к другому, бормоча что-то под нос и делая снимки.

 

— Словно в фильме ужасов, да, Вера?! — прошептал муж и осветил себе лицо, как это делают дети, когда рассказывают страшные истории у костра. И тут его фонарь погас. Таки встряхнул его несколько раз и тот вновь загорелся, но светил уже тускло. — В машине есть запасные батарейки, я быстро.

Прежде чем я успела ответить, муж скрылся за деревьями. Пока я размышляла, бежать за ним или же оставаться с безумным энтомологом, оба скрылись из вида – я только видела, как вдалеке мигает фонарь норвежца.

 

В лесу было тихо и очень темно. Мне начало казаться, что кто-то смотрит на меня из-за деревьев, и я со всех ног бросилась туда, куда, как мне казалось, пошел Мартин. Каждый шаг отзывался  омерзительным чавкающим звуком, словно под ногами у меня было что-то живое. Выдохнувшись, я остановилась. Сердце колотилось, я стояла одна посреди дремучего леса и была ужасно, ужасно напугана… Тут моего затылка что-то коснулось. Я обернулась и вскрикнула: на меня смотрела подвешенная за горло детская кукла с дырками вместо глаз… Затем мой фонарь осветил небольшую полянку... Увиденное было похоже на массовый кукольный суицид: поломанные куклы на деревьях, ленты на ветках, разбросанная одежда — настоящая сцена из триллера.

 

Я рванула было с места, но вдруг услышала тихий вкрадчивый голос: «Вера…Вера…». В несколько метрах от меня виднелся чей-то расплывчатый образ. — «Призрак!» — пронеслось в голове. Спустя секунду что-то массивное рухнуло прямо передо мной. Это была ветка — если бы я не остановилась, она наверняка размозжила бы мне голову. Я вновь посмотрела на призрака. Он стоял, едва заметно вибрируя и, как мне показалось, улыбался. А потом растворился во мраке так же неожиданно, как и появился... От пережитого шока я не могла бежать, только закрыла лицо ладонями… И вдруг кто-то начал трясти меня за плечи, а потом крепко прижал к себе. Это был Таки… По дороге домой я рассказала ему про призрака, и то, как он спас меня. Таки выслушал меня и совершенно серьезно сказал: «Вера, а ведь тебя спасла чья-то заблудшая душа — в этом лесу их тысячи»...

 

Через пару месяцев после отъезда Мартина мы получили от него небольшую посылку. В коробке лежала книга с фотографиями с его предстоящей выставки. Запечатленные на них серебристо-голубые бабочки с перепачканными слизью мордочками были прекрасны. Любуясь снимками, я думала о том, что иногда полезно вспомнить, что все не то, чем кажется. Прекрасный мотылек может оказаться кровопийцей, а дух самоубийцы – не только не опасным, но даже милым.  Фото. Отправить. Хэштег #killingbeauty

 

ОПУБЛИКОВАНО В ЖУРНАЛЕ KiMONO I-MAGAZINE №06 СЕНТЯБРЬ-ОКТЯБРЬ 2017

Автор: Ая Ватанабэ